»
Что хотят сообщить нам скайлайны шести городов
Олеся Могилевская, соосновательница архитектурного бюро CONTINUUM
Когда мы смотрим на город издалека, то редко анализируем отдельные здания. Гораздо раньше мы считываем общую линию горизонта — скайлайн. Именно он задаёт первое впечатление: город кажется спокойным или напряжённым, цельным или сложным. В бюро CONTINUUM решили проверить, можно ли проследить связь между формой скайлайна и тем, какими словами люди описывают город. Для этого сравнили силуэты нескольких российских городов, описали их структуру, сопоставили её с пользовательскими описаниями и делится с «кто твой город» тем, что получилось.
Команда бюро проанализировала скайлайны 24 городов по нескольким параметрам: морфология линии горизонта, пространственная структура высотных доминант, композиция силуэта, архитектурный характер застройки.
Для сопоставления архитектурных данных и человеческих эмоций использовались адаптированные принципы Кевина Линча, автора книги «Образ города». Анализ строился на девяти характеристиках восприятия, включая такие параметры, как целостность, сложность, ритмичность, контрастность, событийность и запоминаемость.
Для сопоставления архитектурных данных и человеческих эмоций использовались адаптированные принципы Кевина Линча, автора книги «Образ города». Анализ строился на девяти характеристиках восприятия, включая такие параметры, как целостность, сложность, ритмичность, контрастность, событийность и запоминаемость.
когда силуэт становится сложным
Москва и Владивосток оказались похожи по нескольким параметрам. Для обоих городов совпали характеристики «сложный», «событийный» и «многофокусный».
Но причина этой сложности разная. В Москве её создаёт большое количество конкурирующих высотных акцентов. Сталинские высотки, современные небоскрёбы, жилые массивы и исторические доминанты существуют одновременно, поэтому взгляд постоянно переключается между разными частями панорамы.
Это хорошо совпадает с тем, как люди описывают город: «эклектичная», «разнообразная», «перегруженная», «масштабная», «хаотичная», «муравейник». При этом слова «величественная» и «монументальная» встречаются значительно чаще, чем можно было ожидать, исходя только из формы скайлайна. Значит, часть этого впечатления рождается уже внутри города — за счёт улиц, площадей и архитектурных ансамблей, а не самой линии горизонта.
Но причина этой сложности разная. В Москве её создаёт большое количество конкурирующих высотных акцентов. Сталинские высотки, современные небоскрёбы, жилые массивы и исторические доминанты существуют одновременно, поэтому взгляд постоянно переключается между разными частями панорамы.
Это хорошо совпадает с тем, как люди описывают город: «эклектичная», «разнообразная», «перегруженная», «масштабная», «хаотичная», «муравейник». При этом слова «величественная» и «монументальная» встречаются значительно чаще, чем можно было ожидать, исходя только из формы скайлайна. Значит, часть этого впечатления рождается уже внутри города — за счёт улиц, площадей и архитектурных ансамблей, а не самой линии горизонта.
Во Владивостоке ощущение сложности возникает иначе. Здесь важную роль играет рельеф. Перепады высот, мосты, разновысотная застройка и разные по масштабу городские фрагменты создают силуэт, который постоянно меняется.
Поэтому среди пользовательских описаний появляются слова «разновысотка», «каша», «точечная застройка», «разнобой», «хаос». При этом одним из самых устойчивых образов остаются мосты — именно они делают силуэт города запоминающимся.
Несмотря на разные причины, итог похож: и Москва, и Владивосток воспринимаются как насыщенные, визуально сложные города.
Поэтому среди пользовательских описаний появляются слова «разновысотка», «каша», «точечная застройка», «разнобой», «хаос». При этом одним из самых устойчивых образов остаются мосты — именно они делают силуэт города запоминающимся.
Несмотря на разные причины, итог похож: и Москва, и Владивосток воспринимаются как насыщенные, визуально сложные города.
когда силуэт работает на цельность
Петербург показывает почти противоположную картину. Если Москва и Владивосток собирают внимание сразу в нескольких точках, то здесь панорама читается как единая композиция. Именно поэтому в сравнении полностью совпадают характеристики «целостный» и «ритмичный».
Это же отражается и в языке пользователей. Петербург описывают как «утончённый», «интеллигентный», «уютный», «строгий», «чёткий». При этом среди слов почти нет характеристик, связанных со сложностью или хаосом.
Получается интересное совпадение: там, где скайлайн обладает выраженной структурой, люди используют очень похожие слова для описания города.
Это же отражается и в языке пользователей. Петербург описывают как «утончённый», «интеллигентный», «уютный», «строгий», «чёткий». При этом среди слов почти нет характеристик, связанных со сложностью или хаосом.
Получается интересное совпадение: там, где скайлайн обладает выраженной структурой, люди используют очень похожие слова для описания города.
скайлайн, где совпало почти всё
Казань — единственный город в выборке, где сразу четыре характеристики получили максимальную оценку одновременно: считываемость, запоминаемость, целостность и иерархичность.
Скайлайн города — плоский, местами ступенчатый, с иерархической пространственной структурой: есть один-два выраженных высотных акцента, вокруг которых выстраивается остальная застройка, а не несколько равнозначных конкурирующих точек. Композиция при этом асимметричная — центр внимания смещён, но всё равно легко считывается, а архитектурный характер исторически-доминирующий, без резкого конфликта между старым и новым.
При этом сложность и многофокусность города — на нулевой отметке. То есть силуэт Казани не создаёт визуального шума, характерного, например, для Москвы или Владивостока: он одновременно узнаваем и не перегружен.
Скайлайн города — плоский, местами ступенчатый, с иерархической пространственной структурой: есть один-два выраженных высотных акцента, вокруг которых выстраивается остальная застройка, а не несколько равнозначных конкурирующих точек. Композиция при этом асимметричная — центр внимания смещён, но всё равно легко считывается, а архитектурный характер исторически-доминирующий, без резкого конфликта между старым и новым.
При этом сложность и многофокусность города — на нулевой отметке. То есть силуэт Казани не создаёт визуального шума, характерного, например, для Москвы или Владивостока: он одновременно узнаваем и не перегружен.
два разных способа упорядоченности
Сочи и Екатеринбург устроены по-разному, но оба тяготеют к ощущению порядка — просто приходят к нему разными путями.
У Сочи ступенчатый, местами смешанный скайлайн, рассредоточенная, местами многоузловая пространственная структура и распадающаяся композиция — формально единого центра тяжести здесь нет. Но целостность и ритмичность при этом получили максимальную оценку: даже без выраженного композиционного центра город считывается как единое целое.
По этому эффекту Сочи неожиданно близок к Петербургу, хотя объективная форма силуэта у них разная — там, где у Петербурга это результат компактной, плоской застройки, у Сочи это, скорее, эффект ступенчатого рельефа. Событийность и контрастность при этом на нуле: резких, спорящих друг с другом акцентов в силуэте нет.
У Сочи ступенчатый, местами смешанный скайлайн, рассредоточенная, местами многоузловая пространственная структура и распадающаяся композиция — формально единого центра тяжести здесь нет. Но целостность и ритмичность при этом получили максимальную оценку: даже без выраженного композиционного центра город считывается как единое целое.
По этому эффекту Сочи неожиданно близок к Петербургу, хотя объективная форма силуэта у них разная — там, где у Петербурга это результат компактной, плоской застройки, у Сочи это, скорее, эффект ступенчатого рельефа. Событийность и контрастность при этом на нуле: резких, спорящих друг с другом акцентов в силуэте нет.
Екатеринбург устроен иначе: здесь на максимуме считываемость и иерархичность — доминанты выражены, порядок в целом понятен. Морфология тоже ступенчатая, а пространственная структура иерархическая, но местами фрагментированная. При этом событийность и контрастность — нулевые, а запоминаемость и целостность держатся на среднем уровне: город читается упорядоченным, но не производит того яркого, единичного впечатления, которое дают города с более выраженными доминантами.
На что на самом деле влияет скайлайн
Исследование показало, что существует устойчивая связь между структурой городского силуэта и восприятием города жителями. Высотные доминанты и организация линии горизонта оказывают влияние на то, как люди описывают город: как спокойный или напряжённый, целостный или хаотичный, упорядоченный или насыщенный событиями.
Знаковые объекты не всегда формируют образ города на уровне силуэта.
Например, Храм Василия Блаженного остаётся одним из главных символов Москвы, однако практически не влияет на аналитический скайлайн города.
Силуэт формирует первое впечатление быстрее, чем рациональная оценка городской среды. Человек сначала реагирует на пространственную структуру города эмоционально и лишь затем интерпретирует это ощущение через личный опыт и ассоциации.
Сравнение показывает, что линия горизонта действительно участвует в формировании эмоционального образа города, но не объясняет его полностью. В Москве форма скайлайна хорошо объясняет ощущение сложности и событийности, но не передаёт представление о величии города. В Петербурге силуэт практически полностью поддерживает восприятие целостности, ритма и спокойствия. Во Владивостоке линия горизонта усиливает ощущение сложности, насыщенности и визуального напряжения, но почти не формирует ощущение композиционного порядка. В Казани форма скайлайна поддерживает сразу несколько ощущений одновременно — считываемость, запоминаемость, целостность и иерархичность, — и почти не создаёт эффекта сложности или визуального шума. В Сочи скайлайн, несмотря на распадающуюся композицию, работает на целостность и ритм — эффект, похожий на петербургский, хотя объективная форма силуэта здесь совсем другая. В Екатеринбурге линия горизонта формирует ясный порядок и выраженные доминанты, но не работает ни на запоминаемость, ни на яркость впечатления.
Сравнение шести городов показывает, что скайлайн — это не только итог уже сложившейся застройки, но и инструмент, с которым можно работать при проектировании. Если форма линии горизонта связана с тем, как люди воспринимают город, значит, решения о высоте зданий, расположении доминант и общей композиции могут приниматься не только исходя из технико-экономических параметров, но и с учётом будущего эмоционального образа среды.
Знаковые объекты не всегда формируют образ города на уровне силуэта.
Например, Храм Василия Блаженного остаётся одним из главных символов Москвы, однако практически не влияет на аналитический скайлайн города.
Силуэт формирует первое впечатление быстрее, чем рациональная оценка городской среды. Человек сначала реагирует на пространственную структуру города эмоционально и лишь затем интерпретирует это ощущение через личный опыт и ассоциации.
Сравнение показывает, что линия горизонта действительно участвует в формировании эмоционального образа города, но не объясняет его полностью. В Москве форма скайлайна хорошо объясняет ощущение сложности и событийности, но не передаёт представление о величии города. В Петербурге силуэт практически полностью поддерживает восприятие целостности, ритма и спокойствия. Во Владивостоке линия горизонта усиливает ощущение сложности, насыщенности и визуального напряжения, но почти не формирует ощущение композиционного порядка. В Казани форма скайлайна поддерживает сразу несколько ощущений одновременно — считываемость, запоминаемость, целостность и иерархичность, — и почти не создаёт эффекта сложности или визуального шума. В Сочи скайлайн, несмотря на распадающуюся композицию, работает на целостность и ритм — эффект, похожий на петербургский, хотя объективная форма силуэта здесь совсем другая. В Екатеринбурге линия горизонта формирует ясный порядок и выраженные доминанты, но не работает ни на запоминаемость, ни на яркость впечатления.
Сравнение шести городов показывает, что скайлайн — это не только итог уже сложившейся застройки, но и инструмент, с которым можно работать при проектировании. Если форма линии горизонта связана с тем, как люди воспринимают город, значит, решения о высоте зданий, расположении доминант и общей композиции могут приниматься не только исходя из технико-экономических параметров, но и с учётом будущего эмоционального образа среды.