»
Зачем идеолог урбанистики предлагает городам своих ИИ-агентов
Свят Мурунов, урбанист, городской философ, социальный инженер
Свят Мурунов представляет первый прототип своей платформы «Городской диалог» и рассказывает «кто твой город», что в нем может делать городской меценат и городской девелопер и как доступность и качество данных влияют на городское управление.
Проблема: управление без аналитики
Все проекты, связанные с урбанистикой, рано или поздно упираются в вопросы управления. Школа модерации, которую я провожу уже много лет, открытые оргкомитеты, комьюнити-центры — все это поднимает один и тот же вопрос: как устроено управление? Управление — это процедуры выработки решений. Откуда берутся идеи, как конкретизируется будущее в социуме, в коллективных практиках? Как эти идеи потом реализуются?
Все время я наблюдаю одну и ту же проблему: при выработке решений аргументация участников всегда очень низкого качества. Почему? Потому что действующая система образования и общественной деятельности в России не учит выработке решений.
Чтобы нивелировать эту проблему, в свое время была придумана анкета горожанина — инструмент валидирования и считывания запросов и настроений жителей. Анализ того, что происходит в городе, поселке, деревне. Большой набор стартовых анкет натолкнул меня на мысль, что все эти датасеты можно объединить и начать использовать — для прогнозирования, для городских систем. Так была разработана система «Городской диалог». Это пока прототип, черновик, но он содержит в себе, на мой взгляд, ряд инноваций.
Городские данные все время монополизированы государством. Государство пытается нас посчитать, узнать больше. А сами горожане оперируют очень ограниченным набором данных.
Эта мысль натолкнула меня на то, что кроме дашборда губернатора и центров управления регионом должны появиться дашборды горожанина. Первая идея, лежащая в основе системы: если ты в городе — тебе должна быть доступна городская информация. Абсолютно открыто и бесплатно.
Все время я наблюдаю одну и ту же проблему: при выработке решений аргументация участников всегда очень низкого качества. Почему? Потому что действующая система образования и общественной деятельности в России не учит выработке решений.
Чтобы нивелировать эту проблему, в свое время была придумана анкета горожанина — инструмент валидирования и считывания запросов и настроений жителей. Анализ того, что происходит в городе, поселке, деревне. Большой набор стартовых анкет натолкнул меня на мысль, что все эти датасеты можно объединить и начать использовать — для прогнозирования, для городских систем. Так была разработана система «Городской диалог». Это пока прототип, черновик, но он содержит в себе, на мой взгляд, ряд инноваций.
Городские данные все время монополизированы государством. Государство пытается нас посчитать, узнать больше. А сами горожане оперируют очень ограниченным набором данных.
Эта мысль натолкнула меня на то, что кроме дашборда губернатора и центров управления регионом должны появиться дашборды горожанина. Первая идея, лежащая в основе системы: если ты в городе — тебе должна быть доступна городская информация. Абсолютно открыто и бесплатно.
Дашборд горожанина: набор сервисов
Система построена как набор дашбордов — профессиональных экранов, на которых житель может узнать больше про город.
Если по городу было исследование, жителям доступны все данные, в которых они принимали участие как респонденты.
Если по городу было исследование, жителям доступны все данные, в которых они принимали участие как респонденты.
Реализован автоматический анализ вернакулярных районов. В перспективе по каждому району будет и своя статистика.
Есть обратная связь: человек может оставить комментарий на карте, рассказать историю, предложить идею встречи, инициировать какую-то встречу.
Есть культурная карта — формирование мудборда горожанина. Городские новости из отборных источников с возможностью объяснить их содержание.
Есть культурная карта — формирование мудборда горожанина. Городские новости из отборных источников с возможностью объяснить их содержание.
12 ролей: а кто ты
Чтобы житель участвовал в управлении, он должен все время быть включен в обратную связь. Эта обратная связь должна быть для него понятна. Вся модель управления строится на ролевых историях. Появляется набор ролей — и их много.
Урбанист. Профессиональный дашборд, который позволяет запускать новые исследования либо делать уточнения в существующих. Можно добавить город на карту, настроить параметры анкеты, провести удаленное исследование.
Исследователь. Дашборд, который позволяет дорисовывать вернакулярные районы, проверять гипотезы, выбирать методические рамки, загружать в городскую базу данных результаты интервью, социальные сценарии, добавлять фотографии, называть районы.
Аналитик. Аналитик — тот, кто интерпретирует собранные данные и может их валидировать. Изначально я начинал всю систему как раз с создания дашборда аналитика.
Урбанист. Профессиональный дашборд, который позволяет запускать новые исследования либо делать уточнения в существующих. Можно добавить город на карту, настроить параметры анкеты, провести удаленное исследование.
Исследователь. Дашборд, который позволяет дорисовывать вернакулярные районы, проверять гипотезы, выбирать методические рамки, загружать в городскую базу данных результаты интервью, социальные сценарии, добавлять фотографии, называть районы.
Аналитик. Аналитик — тот, кто интерпретирует собранные данные и может их валидировать. Изначально я начинал всю систему как раз с создания дашборда аналитика.
Продюсер. Продюсер может запустить команду, собрать команду под проект, организовать встречу. Есть канбан-доска — сколько проектов сейчас в городе и на каком этапе.
Модератор. Модератор автоматически получает темы для модерации, видит вернакулярные районы, площадки для встреч. Может брать заказы в работу. Может загружать протоколы, обрабатывать проекты и формировать коллективную базу знаний: какие встречи в городе проходят и какая по ним динамика.
Меценат. Роль мецената — инвестирование и финансирование городских проектов. Здесь появляется сущность «фонд городских проектов» — альтернативный бюджет города, формирующийся за счет частных пожертвований или частных инвестиций. Предтеча городской экономики, выраженная через роль мецената.
Методолог. Методолог может предложить модель, конкретную методологию, протестировать ее на реальных данных. Если модель кажется полезной, можно добавить ее в маркетплейс интеллектуальных продуктов.
Стратег. Роль стратега позволяет анализировать стратегические документы города. Я прогнал, например, стратегию Серпухова через искусственный интеллект. Он сказал, что это не стратегический документ, потому что в нем не содержатся цели, только общие слова. Стратегия — компетенция, которая позволяет формулировать цели.
Историк. Историк управляет городскими хрониками и городской историей в интерактивном формате. В историческую хронику города заносятся все события с дашборда. Это решает проблему, что мы часто не фиксируем наш опыт, и последние 20 лет нигде не зафиксированы. Вся проектная деятельность становится частью городской истории.
Социальный архитектор. Те, кто формирует сообщества. Диагностирует ситуацию в городе с точки зрения разных социальных акторов, может инициировать создание недостающих ассоциаций, фондов.
Городской девелопер. Классический подход к девелопменту, но с лайфхаками. Лайфхаки связаны с моей моделью девелопмента: можно провести анализ вернакулярного района, выбрать из анкеты горожанина, каких функций не хватает в конкретном районе, и сформировать данные для технического задания на разработку концепции.
Стратег. Роль стратега позволяет анализировать стратегические документы города. Я прогнал, например, стратегию Серпухова через искусственный интеллект. Он сказал, что это не стратегический документ, потому что в нем не содержатся цели, только общие слова. Стратегия — компетенция, которая позволяет формулировать цели.
Историк. Историк управляет городскими хрониками и городской историей в интерактивном формате. В историческую хронику города заносятся все события с дашборда. Это решает проблему, что мы часто не фиксируем наш опыт, и последние 20 лет нигде не зафиксированы. Вся проектная деятельность становится частью городской истории.
Социальный архитектор. Те, кто формирует сообщества. Диагностирует ситуацию в городе с точки зрения разных социальных акторов, может инициировать создание недостающих ассоциаций, фондов.
Городской девелопер. Классический подход к девелопменту, но с лайфхаками. Лайфхаки связаны с моей моделью девелопмента: можно провести анализ вернакулярного района, выбрать из анкеты горожанина, каких функций не хватает в конкретном районе, и сформировать данные для технического задания на разработку концепции.
Инженер данных. Это ядро, ради чего создавалась вся система. Возможность формировать для каждого города свой искусственный интеллект. На основании собранных, обработанных, векторизированных фактов есть возможность строить «знаниевое» ядро о каждом городе.
Постановщик технических заданий. Автоматизировать и упростить формирование технических заданий — это всегда большая проблема: правильно сформировать ТЗ, сделать внятный документ с реальными данными и каждый раз не собирать их из разных карт и источников.
генезис управления
Ключевой переход: мы меняем роль городского сообщества. Оно перестаёт быть «ждуном» и критиком. Хочешь что-то в городе менять — обучайся, выбирай себе роль, подключайся к системе городских данных.
Управление становится невыделенной функцией. Мы все начинаем в нем участвовать. И за счёт конфигурации ролей вырабатываем стратегические инструменты управления.
Очень важная установка: эта система не для администрации. Это надстроечная система. Модель управления, где городское сообщество является и заказчиком, и исполнителем, и благополучателем одновременно. На моем месте может быть любой креативный человек, предприниматель, просто неравнодушный человек в городе, у которого есть инициатива, не укладывающаяся в заранее определенную программу администрации. Куда с этой инициативой податься — человек не знает.
Критика системы звучит так: «В российских городах нет субъектов для такой классной системы». Пока нет. Но вещи взаимосвязаны. Отсутствие информационного поля, валидированного и с понятной структурой, — вот в чем проблема. Есть молодые люди, готовые быть исследователями, продюсерами, модераторами, аналитиками. Есть те, кто готов финансировать. Но они все время шли параллельными путями: предприниматели — своей дорогой, молодежь — своей. Разные форумы, медиа, язык, жизнь. Нет механизмов их собирания.
Ресурсные и интеллектуальные люди отключились, не ходят на стратегические сессии и воркшопы. Потому что нет следующего шага. А следующий шаг — в моей повседневной жизни должны появиться инструменты, которые дают мне эффекты от участия в этом управлении. Субъектность напрямую зависит от данных, которыми ты управляешь.
Управление становится невыделенной функцией. Мы все начинаем в нем участвовать. И за счёт конфигурации ролей вырабатываем стратегические инструменты управления.
Очень важная установка: эта система не для администрации. Это надстроечная система. Модель управления, где городское сообщество является и заказчиком, и исполнителем, и благополучателем одновременно. На моем месте может быть любой креативный человек, предприниматель, просто неравнодушный человек в городе, у которого есть инициатива, не укладывающаяся в заранее определенную программу администрации. Куда с этой инициативой податься — человек не знает.
Критика системы звучит так: «В российских городах нет субъектов для такой классной системы». Пока нет. Но вещи взаимосвязаны. Отсутствие информационного поля, валидированного и с понятной структурой, — вот в чем проблема. Есть молодые люди, готовые быть исследователями, продюсерами, модераторами, аналитиками. Есть те, кто готов финансировать. Но они все время шли параллельными путями: предприниматели — своей дорогой, молодежь — своей. Разные форумы, медиа, язык, жизнь. Нет механизмов их собирания.
Ресурсные и интеллектуальные люди отключились, не ходят на стратегические сессии и воркшопы. Потому что нет следующего шага. А следующий шаг — в моей повседневной жизни должны появиться инструменты, которые дают мне эффекты от участия в этом управлении. Субъектность напрямую зависит от данных, которыми ты управляешь.
Недостающие роли: уроки из практики
Из практики — отсутствие фондирования в городе, отсутствие мецената является критическим. Если в городе нет кого-то, кто готов инвестировать не ради извлечения прибыли, а для достижения следующей фазы общественного блага, — все инновации проседают. Кемерово, например: IT-компания взяла на себя роль инвестора в будущее, несколько лет инвестировала в развитие языка, ролей, компетенций. Сейчас мы проектируем настоящий город на настоящей земле.
Еще одна важная роль — продюсирование. В городах все время есть кто-то, кто что-то продюсирует, но они друг друга не знают или знать не хотят. Продюсирование без данных превращается в геройские подвиги. Роли в городах были — связки между ролями не было. Вот почему эта информационная система кажется полезной.
Она уже полезна мне в моей практике, и я буду пытаться сделать ее полезной для других. Чтобы общественное публичное поле в городе, коль оно не формируется городскими медиа, формировалось через информационную систему — с элементами ГИС и культурных кодов. И чтобы команда могла увидеть себя на этой карте.
Я показывал своим партнерам: «Вашу проектную команду парсер нашел и считает, что вы городская команда». Они говорят: «Как приятно! А что дальше можно сделать?». Я отвечаю: «Можно посмотреть социальные роли в команде — встроен автоматический анализ вашего публичного чата. Нажимаем кнопку — строится социальный граф, кто есть кто в команде». Команда говорит: «О, вот этим мы уже готовы пользоваться!». Это те данные, которые быстро не получишь никогда. Автоматизация позволяет опереться на них и сделать следующий шаг.
Мне хочется верить, что это переход к более сложным системам самоуправления, которые позволяют преодолеть кризис участия горожан в развитии.
Над материалом работал Иван Печковский
Еще одна важная роль — продюсирование. В городах все время есть кто-то, кто что-то продюсирует, но они друг друга не знают или знать не хотят. Продюсирование без данных превращается в геройские подвиги. Роли в городах были — связки между ролями не было. Вот почему эта информационная система кажется полезной.
Она уже полезна мне в моей практике, и я буду пытаться сделать ее полезной для других. Чтобы общественное публичное поле в городе, коль оно не формируется городскими медиа, формировалось через информационную систему — с элементами ГИС и культурных кодов. И чтобы команда могла увидеть себя на этой карте.
Я показывал своим партнерам: «Вашу проектную команду парсер нашел и считает, что вы городская команда». Они говорят: «Как приятно! А что дальше можно сделать?». Я отвечаю: «Можно посмотреть социальные роли в команде — встроен автоматический анализ вашего публичного чата. Нажимаем кнопку — строится социальный граф, кто есть кто в команде». Команда говорит: «О, вот этим мы уже готовы пользоваться!». Это те данные, которые быстро не получишь никогда. Автоматизация позволяет опереться на них и сделать следующий шаг.
Мне хочется верить, что это переход к более сложным системам самоуправления, которые позволяют преодолеть кризис участия горожан в развитии.
Над материалом работал Иван Печковский